Мадагаскар. Не тяните лемура за хвост.

Мадагаскар - огромный остров в Индийском океане. Принято считать, что это Африка, но по многим параметрам это отдельный мир, отдельный материк. Этнически основу населения составляют выходцы из юго-восточной Азии. Малагасийский язык является родственным языку туземцев с Борнео. При колонизации на Мадагаскар приехали англичане, французы и даже норвежцы, которые осваивали высокогорные районы, холодный климат которых напоминал родные приполярные.
Вдобавок на остров приехали арабы, поселившиеся на северо-восточном побережье, а чуть южнее живут выходцы из южной Африки. Все это смешение культур создает уникальное разнообразие.
Еще более удивительна природа. Остров на протяжении миллионов лет развивался независимо от Африки, причем хищники как-то повывелись, а все остальные, наоборот, очень даже размножились. В результате на острове существенно большее разнообразие видов. Так, из 8 видов баобабов 7 встречаются только на Мадагаскаре.
Баобаб - это сила, это некое олицетворение несокрушимой мощи. С детства, особенно после "Маленького принца", меня мучил вопрос: "как туземцы корчуют его и рубят на дрова?". Вот представьте - вам достался участок 6 соток, 5 из которых занимает баобаб. Надо же как-то с ним справиться. Так и хочется поучаствовать в таком проекте. Пожалуй, этого уже не осуществить, но вместе с тем прожить жизнь, не увидев этого сказочного дерева, просто обидно.
Долгое время политические новости с Мадагаскара не радовали. Там шла обычная гражданская война, но вдруг выяснилось, что уже целых 6 месяцев мир, или хотя бы перемирие. Коммунистический лидер времен дружбы с СССР Рацирака повержен, здравый смысл и зеленый доллар победили. Пора ехать, пока перед каждым баобабом не поставили кассу, а побережье не поделили между отелями.
С транспортом на Мадагаскар дела обстоят плохо. Самолет летает только из Парижа, Найроби, Сейшел, Реюньона и Маврикия. Из Парижа летает Air France. Билеты дорогие. Из Питера получается по 1556 US$ в оба конца на человека, из Европы не меньше 1200 $.
Об Air France написано много страшного, и я, увы, готов добавить еще пару слов. Ну почему надо приезжать в аэропорт в 5 утра и прилетать в час ночи в незнакомый город. Конечно, это стыковки такие, но почему у конкурентов обычно все получается как-то по-божески.
Самолеты, конечно, хорошие, из Парижа в Антананариву летит A340, весь такой навороченный, с дисплеем на каждом сидении. Но почему в аэропорту Шарль-де-Голь очередь в женский туалет на полчаса? Видимо потому, что туалетной бумаги нет, а непривычные западные граждане не знают, что в таком случае делать. Почему в новом зале, из которого летают дальние рейсы, в том числе в Америку, на 20 ворот 50 сидячих мест, почему среди магазинов нет аптеки, магазина с сумками, обувью и прочей походной одеждой? Да, и как только Таня уснула, у нее украли книжку, лежащую на коленях, купленную в соседнем ларьке. Я не понимаю, почему сок есть в меню, а в продаже нет, благо кончился, и никто не спешит его добыть. Это же огромный транзитный аэропорт! В маленьком новозеландском Окленде и то есть десяток разных мест, где можно поесть, а в одежде, купленной там, мы ходим до сих пор. Видимо, боженька не зря осерчал на этот аэропорт и обрушил там потолок.
Я не в обиде, что на борту стюардессы хоть и настоящие француженки, но внешность их не совсем воодушевляет. Не всем красавицами быть, но вот почему они почти не говорят по-английски? Этого я не прощу, как не прощу и того, что добиться от них стакана воды в неположенное время непросто. Во-первых, их еще найти надо, во-вторых - разбудить, в-третьих - вспомнить, как там на французском слово вода ...
Ладно, пусть они и дальше так конкурируют на международном рынке, а я даже карточку мили суммировать у них заводить не хочу.
Нас, закаленных социалистическим сервисом, так просто не проймешь, и настроение не испортишь.
Картинки за окном просто великолепные: сначала Эйфелева башня, потом Альпы и Монблан, дальше море и знаменитые итальянские вулканы на острове Стромболи, извергающиеся каждый день. С самолета это красиво посмотреть. Рядом остров Вулкан (Isola Vulcano), от которого и пошло название всех огнедышащих гор мира, потом Этна на Сицилии. Жаль, что извержение опять кончилось.
Небольшой кусочек Средиземного моря, и вот мы уже над Африкой. Трасса полета пересекла побережье у ливийского города Бенгази. Оказывается, санкции против Ливии не мешали пользоваться ее воздушным пространством.
Сахара подходит прямо к морю. Берег почти не заселен, не говоря уже о районах в глубине песков. Только одна дорожка пересекает пустыню. Мы когда-то ехали по ней на машине. Задев небольшой кусочек Египта, трасса полета пошла по территории Судана. Дождей в пустыне не бывает как вида, поэтому земля видна практически везде, только вот смотреть не на что. Унылая каменистая равнина. Только при подлете к Хартуму в иллюминаторе показался Нил, берега которого тоже голые и безлюдные, но хоть дороги и небольшие деревушки стали попадаться.
Массовые огороды начались южнее суданской столицы, но ненадолго. Пустыня кончилась, начались тропики. Бесконечная гражданская война разделила Судан на две половины, как раз по границе растительности.
Летом здесь мокрый сезон, и каждый день идет дождь. Земля скрылась в тумане туч, и теперь наш самолет летит среди огромных кучевых облаков, освещаемых заходящим солнцем. В тропиках их вершины поднимаются до 20 км, что много выше возможностей гражданских самолетов. В облако тоже лететь нехорошо. Турбулентность высокая, да и гроза в нем обычно, поэтому приходится огибать эти небесные горы. Красота необыкновенная.
Солнце зашло. К Индийскому океану подлетели в темноте. Прямо под крылом - главный город и неформальная столица Танзании Дар-эс-Салам - огромное освещенное пятно среди изредка встречающихся огоньков соседних деревень. Похоже, страна электрифицирована плохо. Другое дело Занзибар, побережье которого сверкает огнями не хуже европейского. Коморские острова тоже видны, а вот Мадагаскар живет без света, за исключением столицы и еще нескольких городов.
Самолет сел уже глубокой ночью. За бортом +12. Могло быть и холоднее. Зима, июльские морозы.
Для посещения Мадагаскара нужна виза. Ее делают всем желающим в посольстве в Москве за несколько дней. Необходимо иметь при себе оригинал выкупленных билетов и заполнить анкету. Наплыва посетителей нет. По книге регистрации видно, что за визами обращаются не каждый день. Цена визы - 200000 малагасийских франков что оставляет 32.85 US$. Деньги берут исключительно в долларах, сдачи не дают.
Граждане нормальных стран могут получить визу в аэропорту при прилете. Это даже дешевле, более того - гражданам России ее тоже дают по прилету. К сожалению, это только со слов аэропортных работников, а в посольстве говорят, что визу надо брать обязательно в Москве. Установить истину не удалось, и другим я этого не советую делать. Конечно, можно сэкономить доллар - другой, но все на Мадагаскаре происходит неспешно. К одному окошку, в котором визы ставят в паспорт, выстраивается очередь из нескольких сот человек. Самолет большой, забит полностью, в основном французскими туристами. Торопиться здесь не принято. Аборигены с гордостью говорят, что у них все происходит поко-поко, то есть очень медленно.
В результате уже имеющаяся виза очень нам помогла. На паспортный контроль мы попали одними из первых. На визу, выданную в Москве, посмотрели так, как будто видят ее в первый раз. Вспомнили далекое прошлое, когда сюда летал Аэрофлот, и пропустили дальше. Теперь впереди таможня. Надо декларировать всю технику - видеокамеры, фотоаппараты и т.д., притом декларацию лучше не терять, более того - нельзя терять технику. Невывоз ее из страны чреват уплатой пошлины, равной стоимости невывезенного. Цены на фото- и видеотехнику здесь двойные благодаря огромным пошлинам, придуманным исключительно ради туристов. Поэтому не выкидывайте сломавшуюся камеру, не продавайте ее местным, правильно записывайте серийные номера.
Досмотр сумок достаточно серьезный. Аэропортные служащие немного говорят по-английски, а вот дальше все хуже. Французский знают почти все, а по-английски ни слова. Это даже хуже, чем в России.
Коммунистов из страны прогнали, а вот социализм не кончился. Обмен валюты - проблема. Во-первых, он разрешен только интуристам или по спецразрешению, во-вторых - только в одну сторону. Валюту меняют на малагасийские франки, а вот обратно - только на черном рыке, а за это положена тюрьма или как минимум депортация. Полиция продажна, и вас, конечно, отпустят, основательно обобрав, взяв как минимум то, что вы хотели обменять. Меняла и полицейский могут работать в паре. Один меняет, другой ловит и отбирает. Деньги делят.
Официальный курс обмена 1 US$ = 5894 MGF на 08.07.2003. Инфляция большая. Евро любят наравне с долларом. Курс вполне приемлем, и особой выгоды от обмена на черном рынке нет, но процедура обмена просто потрясающая. В соответствующее окно обычно очередь. Служащий банка на каждую (!) купюру на печатной машинке печатает бумагу с указанием банка, номера купюры и паспортных данных, подписывает ее у трех чиновников, потом другой чиновник вводит ее в компьютер, печатает квитанцию. Несчастную купюру степлером прикалывают ко всем собранным подписям и кладут в сейф. Потом в порядке общей очереди вас вызывают для получения денег по каждой купюре отдельно. Так что возите 500 евро одной бумажкой. Однодолларовые купюры в банке просто отказываются брать. В торговле расчет валютой запрещен, за это положены страшные кары обоим участникам, но изредка пихнуть доллар в оплату можно.
В аэропорту процедура обмена чуть-чуть упрощена, но все же занимает минут 10 на человека. Вот где помогло наличие заранее проставленной визы. Мы были одними из первых. 100 человек по 10 минут. Теперь я понимаю, зачем самолет прилетает глубокой ночью. К утру как раз все успеют, и весь день будет впереди.
Формальности кончены, и мы вышли в настоящий и огромный мир сказочного остова.
Зазывал-турагентов много. Без ночевки здесь не остаться. Насилия нет, и можно выбрать. Заранее, через Интернет, на Мадагаскаре можно зарезервировать только самую дорогую гостиницу, да и то эта возможность появилась недавно, и когда мы пытались это сделать, предложений не было вовсе. Ренты машин тоже практически нет. Budget имеет свой офис в аэропорту и на главной улице города Araben' ny Fahaleovanena, но при нас оба были закрыты. Более того, соответствующей инфраструктуры тоже нет. Нет нормальных дорог, указателей совсем нет, карты условны, аварийного сервиса нет, сотовая связь только в крупных городах.
Пришлось сдаваться аэропортным агентам. Выбрали отель с номером с душем. Наши сумки хватают и тащат в такси. В раздолбанную тридцатилетнюю машину вместе с нами садятся 4 человека. Турагент говорит, что это не страшно. Наверное, он прав, несмотря на то, что машина продирается среди бедных кварталов, по разбитому асфальту неосвещенной дороги. Сегодня суббота. Молодежь под магнитофон танцует в освещенных лачугах-дискотеках, навстречу по дороге движутся телеги, запряженные зебу. Вечерний город живет своей неведомой жизнью. Здорово. Нам это начинает нравиться. Здесь, пожалуй, мы хорошо проведем время.
Привезли нас в отель Moon Light, в десяти минутах ходьбы от центра. Цена проезда - 100 тысяч малагасийских франков. По местным понятиям это большая сумма - на рикше можно проехать 50 раз, но право таксиста стоять в аэропорту тоже не малого стоит. 100 тысяч франков - это зарплата, но таксист тоже человек - чаевые подавай. Ну, еще тысяч десять, ах, есть только бумажки по 25, как жаль - сдачи нет, давай 25. Пришлось дать 25. Таксист не подавился, зато оживились еще два мужика, посаженных в машину. Мы, мол, сумки в аэропорту помогли поднести - деньги давай. Ну, тысяч 10, а раз сдачи нет, то и 25 сойдет ... каждому. Послали их подальше, вырвали сумки и пошли в номер сами. Как выяснилось, душ в коридоре, но нам уже так хочется спать, что искать новый отель не хочется. Сойдет и в коридоре. Все будем делать завтра, а сейчас спать!
Выключаем свет. На охоту вылетают комары. Здесь, кстати, малярийные края, и таблетки кушать надо. Зато лихорадок - желтой и Денге - нет. Малярию тоже в столице подхватить практически невозможно. А вот в поймах диких рек ее навалом.
Проснулись около 10 утра. За окнами кипит шумная африканская жизнь. Кричат дети, гудят машины, кукарекают петухи. Под дверью дежурит вчерашний турагент из аэропорта. Он усилено предлагает взять у него тур по стране. Нам предлагают машину с водителем на 8 дней, за 600 евро или 4 500 000 франков. Фирма называется Gasikara Viaggi Tours, ИНН 6167858, телефон в Антананариву 22-295-52 (+261 33 22 00 814), мобильник шефа - 032-02-228-68, e-mail: gasikaraviaggi@dts.mg.
Даже сам шеф подтянулся. Цена вроде сносная. Взять машину без водителя, похоже, дороже, а главное негде. Конечно, в понедельник офис Budget, может, и откроется, но ждать жалко.
Соглашаемся и договариваемся на 12 часов, а пока завтракаем на открытом верхнем этаже отеля, присматриваясь к местным нравам. Женщины носят тазы на головах. Дети - совершенные оборванцы - копошатся в грязи. Хоть это и центр столицы, все очень бедно. Огромный красивый город, отстроенный когда-то европейцами, запущен, напоминает благородного аристократа, сосланного на лесоповал. Косметического ремонта давно не делали. Многое просто разрушено. При виде развалин наш гид говорит: это сожгли 7 лет назад, во время политических событий, а это - год назад, во время следующих. В народном сознании политические события прочно заняли место наряду с другими стихийными бедствиями, такими как наводнения, ураганы, засухи.
Это действительно так. Главное стихийное бедствие страны - социалистическая ориентация и приход к власти Дидье Рацирака. Он стал другом СССР и решил построить светлое будущее. Более того, в отличие от многих тиранов, работал не ради своего кошелька, не строил больших дворцов и горнолыжных трасс, а ради идеи. Идея только была неподходящей. Результаты не заставили себя ждать. Стали случаться засухи и наводнения, притом иногда одновременно. Дети стали умирать сотнями тысяч от голода. Помощь великого социалистического друга как-то помогала держать ситуацию под контролем, но с развалом СССР пришлось вспоминать про демократию. В начале девяностых режим пал. Сначала, конечно, выбрали капитализм, но потом, поняв, что капитала нет и надо работать, вернули Рацирака на место как законно избранного президента. Под это дело в центре столицы спалили дворец королевы.
Стихийные бедствия возобновились. Наводнения сносили мосты и пожухший от засухи урожай.
На следующих выборах был применен административный ресурс. В результате по официальным данным Рацирака победил, а по неофициальным - победил его соперник, предприниматель и мэр Антананариву Марк Раваломананы. Волнения начались по всей стране. Были взорваны большинство мостов. Дети мерли с голоду, но в 2002 году вмешался Запад, указавший на победителя справедливых и всенародных выборов 2001 года. Им стал Марк Раваломананы, ну а Рацирака получил убежище во Франции, 5 июля 2002 года бежал из страны и, видимо, больше не рискнет объявляться на Мадагаскаре. Жизнь пошла на поправку. Во всяком случае, с голоду уже не умирают, друг друга не убивают.
До торжества западных идеалов еще далеко, но недавно в столице заработали банкоматы. Теперь можно подойти и снять нужную сумму в местной валюте. Местные этим не пользуются, не понимая смысла существования этой машины-кормилицы, но для туристов это отличная возможность добыть местных денег без отстоя в длинной очереди.
Самая большая бумажка - 25000 франков. Банкомат выдает новые непользованные купюры, не более чем полмиллиона за раз. В местной народной традиции брать девять бумажек, оборачивать десятой и прошибать степлером. Таким образом, получается деньга в четверть миллиона, а все банкноты становятся дырявыми. То же делают и с долларами, и теперь я понимаю, откуда берутся американские президенты с проколотыми глазами. Самая мелкая банкнота 500 франков. Туристу обычно мельче и не надо, но на рынках и в бедных краях остались монеты с баобабами, зебу, орхидеями, социалистическими тракторами. Отличный сувенир. С номиналом монет все непросто. Монеты числятся в ариари (Ariari). 1 ариари равна 5 франкам - заметьте, не наоборот, как у всех. Но это еще цветочки. В результате инфляции монеты обесценились, и их деноминировали в 5 раз, т.е. если на монете написано 10 ариари 50 франков, то это на самом деле это 50 ариари 250 франков, или половина 500 франковой бумажки.
В торговой сети использовать дебетовые и кредитные карточки удается нечасто. Мы только раз купили билеты Air Madagascar (http://www.airmadagascar.mg/). Это было единственное место, где не предлагали огромной наценки при оплате карточкой. Стоит также отметить, что банкоматы есть только в Антананариву.
Добыв нужную сумму денег, мы пошли на небольшую прогулку по центру города, зашли в кафе, выпили кофе. На Мадагаскаре его растят и пьют. Может, вкус у него непривычный, но найти место с чашечкой этого незаменимого напитка можно повсеместно.
За туристами ходит толпа самозванных гидов. Стоит где-нибудь остановиться, как неизвестно откуда взявшийся мужик начнет рассказывать, что Антананариву - красивый город, перед нами такой-то дворец. Если ему удалось потрепаться хотя бы в течение минуты, он уже попросит оплату. Единственный метод избавиться от подобных типов - это сразу громко заявить: "No any guide, please!".
В условленное время нас встретил шеф конторы и представил нашего водителя. Это был стеснительный и интеллигентный мужчина 40 лет. Звали его Парани. Кое-как он говорил на английском. Машиной оказалась белая Peugeot 405. Покинув город, мы взяли курс на юг по главной дороге ╧1. Вблизи столицы это обычная двухполосная дорога, покрытая приличным асфальтом. Движение состоит в основном из велосипедистов и телег, в которые запряжены зебу.
Зебу - это такая корова небольшого размера с горбом на холке. Произносится это слово на французский манер - "зебююю" с ударением на последнюю "ю". Зебу на Мадагаскаре священна, она - основа мироздания. Это вовсе не означает, что ее нельзя есть. Как раз наоборот, зебу является национальной пищей. Мясо ее очень вкусное, мягче и ароматней говядины. Мы его заказывали каждый день. Порция с гарниром стоит обычно около 20000 франков. Для местных это очень дорого, и подходит скорее для праздников, чем для ежедневного употребления. Все местные обряды непременно связаны с зебу. Когда молодой человек женится, то он должен украсть стадо из 100 зебу. Это является доказательством, что он стал настоящим мужчиной. Даже состояние человека измеряется в численности стада. "Это очень богатый человек, у него 1000 ... зебу" - говорят малагасийцы. Стоит отметить, что денежный эквивалент сильно зависит от места и вида животного. В основном стада пасутся на юге страны, а продают и едят их на севере. Эти районы отделены тысячей километров. Огромные стада гонят в основном вдоль главной дороги север-юг. В момент перегона надо платить за сено, прокорм перегонщиков, право прохода. В результате большая часть стада так и не доходит до столицы, а цена дошедших возрастает многократно. Более того, ценна белая зебу с черными пятнами и большим горбом. Именно ее положено использовать в ритуальных целях уважающим себя людям. Цена такой коровы в столице доходит до 2 миллионов франков (~300 US$). Ну а если зебу маленькая, черная, без горба и в далекой деревне, то достаточно и 60000 тысяч - меньше 10 долларов.
На удивление, зебу почти не доят, во всяком случае, молоко на рынках не продают, зато очень часто используют в повозках. В телегу запрягают две штуки. Скорость не превышает 3 км в час, но торопиться тут не принято. На дороге такие телеги составляют основной трафик. Их даже можно стопить. Вне туристических мест крестьяне согласятся подвести даже бесплатно, но, увы, недалеко - в лучшем случае до ближайшей деревни.
С машинами на Мадагаскаре дела обстоят плохо. Бензин дорог - около одного американского доллара за литр. При таких ценах машина потребляет только бензина на сумму большую, чем за эти же километры возьмет рикша, или по-местному пус-пус. В результате для местного населения частная машина - непозволительная роскошь. Единственное, что можно себе позволить - это пользоваться баш-такси (taxi-brousse). Это маршрутное такси. В городах выглядит примерно как российские маршрутки, только влезает в них обычно народу раза в два больше. В сельской местности, где нормальных дорог нет, баш-такси - это шестиосный полноприводный Мерседес середины прошлого века, в кузов которого влезает много десятков человек с курами, детьми, мешками угля и картошки. Проезд тоже дорог - 8 часов езды стоят примерно 15 $.
За проезд здесь принято платить, и местное население просто не может понять, что такое автостоп. Почему он должен платить за бензин, имея зарплату 10 $ в месяц, а эти белые богатые господа, которые в сотни раз больше зарабатывают, нет. У него дети с голоду умирают, а он кого-то везти должен. Притом это вовсе не преувеличение, дети действительно умирают. Более того, ситуацию с автостопом осложняет запрет местному населению подвозить иностранцев. Множество блокпостов весьма тщательно проверяет все документы, и нарушителям грозят страшные кары. Все это так, но народ здесь душевный, общительный, не законопослушный. Рано или поздно машину удается найти. Особенно, если за рулем европейцы. По случаю разрухи и голода множество всевозможных международных организаций работают в стране, и они с удовольствием возьмут своих. В такой глуши даже Россия Европой покажется. "У, наконец, я нашел того, кто говорит по-английски, ну, наконец, встретил человека в этом забытом богом месте, ох как меня все тут достало! Доработаю срок и домой ... Эх, мой родной Брюссель!". На удивление, все грозные посты как-то их пропускают, причем я не видел, что бы кто-то совал деньги или ругался. Все приветливо - пообщаются минутку, посмотрят наши паспорта, и можно ехать дальше.
Наш первый день уже подходил к концу. Солнце клонилось к закату, освещая красными лучами и без того красные горы и небольшие деревушки из столь же красного кирпича. Замерзшие жители грелись в последних лучиках, пытаясь вобрать в себя последнее тепло уходящего дня. Ночи здесь холодные, до 2 градусов тепла. Сказывается высокогорье. Центральные районы Мадагаскара подняты над уровнем моря на высоту до 2500 метров. На высочайших вершинах могут даже быть заморозки в предрассветные часы, но снег здесь не выпадает никогда.
Центральные районы безлесны. Каменистые скалы сменяются полями террасового земледелия. Малагасийцы привезли эту технологию с собой из юго-восточной Азии. Строились террасы столетиями. Их стены и дно выложены обожженным кирпичом. Сложная система водоводов позволяет выращивать рис практически на вершинах холмов.
Из такого же кирпича сложены и дома. Как правило, они двухэтажные. На первом этаже в одной небольшой комнате живет семья из десятка человек, на втором общая кухня, посреди которой по-черному топится печка, а вернее, даже не печка, а просто костер посреди комнаты. Стекол, как правило, нет, и их заменяют деревянные ставни.
Детей много, обычно не меньше 10. Население быстро растет - по 3 процента в год. Все это приводит к тому, что стариков почти не видно, и все население молодое. Всего сейчас на Мадагаскаре 17 миллионов человек.
Параллельно с главным шоссе идет железная дорога, построенная французами в начале 20 века. Сделано все на века. На пересечениях с шоссе построены каменные мосты. Все стоит в целости и сохранности, но уже давно не работает. Оказалось, что эксплуатировать железную дорогу невыгодно, и проще нанять машину. На данный момент в стране сохранилась только одна действующая ветка - Фианаранциа - Манакара. К чести местного населения, брошенная дорога не разворована. Рельсы лежат на своем месте, их никто не сдал в металлолом, никто не посвинчивал с них гайки и не переплавил в ближайшем городе во что-то полезное. Это при том, что бедствия населения в последние годы были ужасными.
На ночевку мы встали в городе Антсирабе (Antsirabe) в маленьком отеле Green Park для интуристов. Нам досталась круглая комната на вершине башенки из красного кирпича за 70000 MGF. Наш шофер по определению не ездил в темноте, и поэтому на ночевку вставали рано. В зимний день уже в 6 вечера полная темнота. В результате у нас оставалось еще куча времени погулять по городу. Вечером это просто фантастическое зрелище. Электрического света нет. На бескрайнем черном южном небе светит Южный Крест и еще тысячи звезд. Южное небо ярче северного. Звезд больше. Млечный путь шире. Обусловлено это тем, что центр нашей галактики расположен в южном созвездии Стрельца.
Несмотря на темноту, жизнь кипит. Все лавки работают. Дрожащий свет от керосиновых коптилок и свечек освещает их стены. Рядом, прямо на улице, народ варит всевозможную пищу или просто греется у небольших костерков из углей. Красные мерцающие точки видны повсюду. Рикши развозят клиентов, обозначая свои габариты свечками, защищенными от ветра пластиковыми бутылками. Из темноты иногда неожиданно всплывает голова зебу, фыркает, и так же быстро растворяется в ночной мгле.
Все это создает такую уютную и необычную картинку! На душе у нас просто птички поют. Это на нашей Земле есть такое место, и мы в него попали. Как же нам повезло. Нагулявшись, мы пошли в ресторан Пус-пус. Столики в нем оформлены в виде кибиток рикш. Заказали мясо зебу, бутылку местного вина, потом еще одну. Отдыхать так отдыхать. Вино вкусное, окружающий мир как из какой-то средневековой книжки. Сидели долго, размышляя о прожитой жизни, о том, почему все это досталась нам. Обменивались SMS с друзьями и домашними.
Домой поехали на пус-пусе. Здесь так принято называть рикш. На Мадагаскаре принят самый классический вариант в виде тачки на двух колесах с ручками, которую толкают впереди себя. В далекие советские годы я смотрел детские картинки о злобных американских колонизаторах, катающихся по Сайгону на бедных маленьких вьетнамцах. Даже в те далекие годы идеи классовой ненависти были мне чужды, но я не думал, что самому доведется воспользоваться таким транспортом. Быть рикшей по местным меркам не так и плохо. Примерно как в России таксистом. За поездку в городе положена плата от 2 до 5 тысяч франков. В день удается заработать до 20 тысяч. Это хорошо. Можно накормить семью. В результате все это вовсе не эксплуатация, а совсем наоборот - помощь местному населению.
Интересно, что бегает по городу рикша босиком. Говорят, что ботинки быстро снашиваются, а кожа на ногах отрастает быстро и бесплатно. Тележку свою содержат в чистоте, украшают ее всевозможными рисунками, дают собственное имя. В ожидании клиента натирают до блеска спицы колес и прочие железки. Для товарного вида моют собственные ноги. При виде белого человека рикша вскакивает, подбегает, как лошадь, бьет копытом, то есть ногой, и браво выкрикивает: "Мосье, пус-пус!".
На повозку можно садится вдвоем, особенно если по пути не предстоит крутой подъем. На ровном покрытии рикша бежит и развивает скорость до 12 км в час. Мы проверяли по часам, что на дорогу, которую мы быстрым шагом осилили за 25 минут, рикше с нами обоими в повозке потребовалось 12 минут. Местные часто пользуются пус-пусами. Катаются иногда с покупками из магазина, а иногда просто грузят всякими там мешками и отправляют куда надо, как ломовую лошадь.
Особенно здорово ехать на пус-пусе, замеряя его скорость по GPS, одновременно говоря по мобильнику. Вот таким оказался XXI век, наступления которого все так долго ждали.
Сотовая связь стандарта GSM на Мадагаскаре имеется только в больших городах, представлена двумя операторами Madacom (http://www.madacom.com) и Antares (http://www.orange.mg). Цена SMS в сети Madacom - 0.1534 US$, минуты разговора c Россией 5.27 US$. С Антаресом роуминга не было. Качество связи отвратительное. За пределами столицы голос часто не разобрать, остаются только SMS.
Интернет-кафе на Мадагаскаре есть в крупных городах. Мадагаскарских ресурсов в сети мало. На русском есть хороший, но заброшенный "Мадагаскарский Проект" http://www.madagascar.liter.net, лучшая подборка ссылок на английском http://www.sas.upenn.edu/African_Studies/Country_Specific/Madagascar.html, а про растительный мир можно почитать на http://www.mobot.org/MOBOT/Madagasc/vegmad1.html. Собственно расположенных на Мадагаскаре, в домене mg, страничек почти нет. Несмотря на то, что недавно вокруг Африки по дну океана проложен волоконно-оптический кабель, обеспечивший надежную и быструю связь с внешним миром, Мадагаскар пока связан с внешним миром исключительно через спутник.
Ночь проспали как убитые. Тихо и свежо. Я бы сказал даже холодно. На ночь надевали на себя все теплые вещи. Стены тут тонкие, окна неплотные, а на улице чуть больше нуля.
Утром встали с рассветом, позавтракали, встретили водителя и поехали дальше.
В каждом небольшом городке есть торговые точки и небольшой рынок, но есть города, главные по этой части. В них собирается народ со всей округи. Многие дни крестьяне идут пешком, едут на баш-такси, чтобы закупиться на недели, продать свой товар.
На юге от Антананариву знаменит рынок в Бетафо (Betafo). На огромной площади перед церковью, на земле в большинстве своем, расположились торговцы. Отчасти напоминает барахолку времен начала перестройки. Отдельные ларьки с дорогим импортным товаром и скучающими продавцами, но большая часть народу торгует так, как делала это сотни лет назад. Женщины в цветастых платьях на головах подносят огромные плетеные из веток корзины с товаром. Рынок поделен на участки, на которых торгуют каким-то одним видом товара. Есть капустные ряды, помидорные, морковные, банановые. Отдельно лотки с разными сортами мяса. В продаже имеются свинина, баранина, и, конечно, мясо зебу. Рядом ее можно купить и живую, сено для ее прокорма, добытую кустарным образом соль.
Кто-то торгует секонд хендом. Это вовсе не то, что обычно доезжает до России. Большинство обуви и одежды изношены так, что ни один бомж их у нас из помойки доставать не станет. Много старинного инструмента: самодельные молотки, ручные дрели, стамески, мотыги.
Такое у нас уже давно выкидывают или отдают в музей. Эх, жаль, что нельзя сюда притащить с дачи все старые железки и раздать народу. Они бы тут еще поработали.
Если чего-то нет, то не беда. Отдельный ряд занят кузнецами. Прямо на земле из камней сложены маленькие сталеплавильные печурки. Топят их древесным углем, раздувая самодельными мехами из двух железных банок. Тут же, сидя на земле, кузнец может выковать все, что душе угодно. Можно придти со своим материалом, например какой-нибудь железкой, отвалившейся от машины, или поломавшимся старым инструментом. Особенно хорошо в переработку идут бочки из-под горючего. Найти такую - это просто подарок судьбы. Нам попался кузнец, который делал из нее утюги. Электричество за пределами Антананариву редкость, поэтому утюги здесь делают на углях.
Древесный уголь - основа местной энергетики. Делают его прямо в лесу. Бригада мужиков в одежде, напоминающей набедренную повязку, первобытными топорами валит вековые эвкалипты, рубит их на куски, стаскивает в кучу, обкладывает землей, оставляя небольшие дырки, и поджигает. Потом, когда все разгорится, дырки закрывают. Так получается уголь, на котором готовят пищу, топят утюги, греются холодными июльскими вечерами.
Тут же на рынке можно сшить одежду. Опять же на земле сидят женщины с ручными швейными машинками. У них можно заказать все, что угодно. Одеваются тут кто во что горазд. Кроме исторических национальных цветастых одежд, можно встретить некое подобие костюмов Европы пятисотлетней давности. Видимо, они сохранились здесь с тех веков. Народ одет очень колоритно, и это просто раздолье для фотографа. Особенно приятно то, что фотографироваться здесь любят. Увидев камеру, улыбаются, позируют. Денег потом не требуют.
Прямо на рынке можно поесть. Добродушные тетки варят густые овощные супы в огромных дюралевых толстостенных котлах прямо на костре. А еще пекут булочки в формочках. Это так вкусно, но есть страшновато. Антисанитария полная. Руки никто не моет, посуду тоже. Все едят из одной тарелки одними ложками по очереди. Пожалуй, мы отведаем это в конце поездки. Заболеть будет не так обидно, а сейчас боязно испортить себе всю поездку. Кстати, как потом выяснилось, на Мадагаскаре была эпидемия неизвестной болезни, типа атипичной пневмонии. Людей умерло не меньше, чем в юго-восточной Азии, но цена жизни тут другая, и делать из этого новость номер один для CNN было некому.
Уровень жизни на Мадагаскаре крайне низок, а, как известно, голь на выдумки хитра. Все идет в дело. Из рваных автопокрышек делают шлепанцы, из использованных консервных банок чашки и керосиновые лампы. Пустая пластиковая бутылка из-под воды - ценность. Ее продают за тысячу франков. Видимо, поэтому обочины дорог не захламлены. Стоит только выбросить что-нибудь, как из кустов объявляется абориген и хватает неожиданно свалившуюся на него добычу для дальнейшего использования.
Я очень не люблю магазины, но по этому рынку я бегал несколько часов. Столько красивых картинок, столько идей!
Недалеко от Бетафо есть два озера Lac Andraikiba и Lac Tritiva. Оба они образовались в кратерах давно потухшего вулкана. Проехать до них можно по разбитой грунтовой дороге. Пожалуй, даже хорошо, что мы катаемся с шофером. Сам бы я никогда не понял, что этот дворовый проезд - искомая дорога. Указателей нет как вида. Более того, названия на картах одни, а народ называет часто по-другому, например, Антананариву не говорят, а говорят Тану. Как минимум надо французский знать. Иначе конец.
Большое озеро Lac Andraikiba имеет пологие берега. К воде можно подъехать прямо на машине. Богатое местное население устраивает пикники.
Маленькое и более высокое озеро Lac Tritiva объявлено чудом природы, и за его посещение надо платить гиду. Гид как бы обязателен. Просто так отдать деньги и гулять дальше самостоятельно не получится. Конечно, если дать очень много, то, может, он и отстанет, но по местным обычаям положено еще получить чаевые - процентов 10-30 от начальной суммы. Поэтому чем больше дашь сразу, тем старательней этот представитель навязанного сервиса будет плестись за тобой, пересказывая с ошибками соответствующую главу из Lonely Planet. На границах охраняемой территории поджидают дети со всевозможными безделушками. Их поначалу жалко, и мы купили черепаху из оникса. Сдачи, как понятно, не оказалось, да и не принято это здесь. Посему совет. Меняйте крупные купюры, и не отдавайте без нужды мелочь.
Озеро красивое. Берега отвесные, склоны поросли соснами, вода ярко-голубая. Купаться в нем, правда, нельзя. Говорят - табу. По легенде, сотни лет назад две девушки искупались, и мало им не показалось. Путеводители советуют табу соблюдать. Может, местные за обиду духов и не побьют, но у любого табу есть причина. То ль микроб особо злобный в этой водичке, то ли крокодил в засаде, то ли еще какая бяка.
Вдобавок нас еще поймал местный студент. Он пишет дипломную работу по развитию туризма и проводит опрос: что же надо для увеличения количества желающих посетить Мадагаскар. Мы хором выпалили: "Убрать навязанных гидов, организовать ренту машин, поставить дорожные знаки". Похоже, это не то, что он хотел услышать.
Как только мы отъехали от озера, наша машина заглохла. Парани в задумчивости открыл капот и пнул колесо. На этом все его познания по ремонту машины кончились. Говорит, что он водитель, а что внутри - не его забота. Инструментов, как выяснилось, у него с собой нет. С трудом нашли отвертку.
Он сильно удивился, когда я снял провода со свечек и убедился, что нет искры, после чего проверил катушку и понял, что она исправна. Вскоре я ткнул ему пальцем в электронный размыкатель. "О да, эту черную коробочку мы меняли на прошлой неделе". Ну, вот и все. Дальше мы сегодня не поедем. Ох, если бы у него был тестер. Тогда бы я нашел, что порван один из подходящих к размыкателю проводов, но тестера не было. Пришлось стопить баш-такси и возвращаться в Антсирабе. Парани поехал вмести с нами. Автобус оказался не рейсовым. На нем ехал хор местной протестантской церкви. Веселые тетки всю дорогу развлекали себя и нас песнями. Дорога оказалась с перерывом на ремонт: автобус тоже сломался. Его, правда, удалось починить с помощью лома, кувалды и местной мадагаскарской матери.
Парани пошел в автосервис договариваться о транспортировке машины. Трубки у него не было, и пришлось договариваться о встрече вечером у нашего вчерашнего отеля.
Мы остались вдвоем и пошли в большую прогулку по городу. Ясное голубое небо и желтые опадающие листья кленов создавали щемящее чувство осенней тоски. Разбитый асфальт пустынных улиц делал этот городок похожим на среднеазиатский райцентр восьмидесятых годов. Только огромные кактусы и то и дело выскакивающие из-за кустов пус-пусы напоминали о нашем местонахождении. В Антсирабе есть железнодорожный вокзал. Он уже много лет не используется, но сохранился в весьма приличном состоянии.
Еще в городе имеются горячие минеральные источники. Местное население собирается мыть в них ноги.
Несколько раз поели, попили кофе, сходили на почту и отправили открытку домой. Дошла за 20 дней. Нашли ресторан "Философия Зебу". Да, здесь это культовое животное. До четырех вечера просто измаялись от скуки, но нам повезло. Ровно в четыре Парани объявился с починенной машиной. Ура, мы можем ехать дальше. Далеко, к сожалению, не успеть. До темноты удалось добраться только до соседнего города Амбоситра (Ambositra). Здесь мы остановились в современном трехэтажном отеле. Немого погуляли и пошли спать. Сегодня мы существенно отстали от графика, и завтра надо встать пораньше.
Амбоситра славен ремеслом резьбы по дереву. На центральной улице множество магазинчиков, торгующих всевозможными поделками. Одна беда - открываются все не раньше 10 часов. Мы зря рано вставали. Цены здесь чуть ниже, чем на те же сувениры в столице. Фигурки действительно интересные. Вырезы из эвкалипта и прочих местных экзотических деревьев. Стоят эти безделушки от 1 тысячи до многих миллионов франков. Миллионы стоят огромные старуи и вазы диаметром больше метра и весом в десятки килограммов.
Дальше наш путь лежит во второй по величине город страны - Фианаранциа (Finarantsoa). Ехать туда 4 часа. Дорога идет через горы, и скорость невелика. То и дело путь преграждают стада зебу. Обычно их гонят по земле параллельно дороге, чтобы не снашивать копыта об асфальт, но на горных перевалах дорога одна. Даже знаки "Осторожно, зебу" встречаются.
В небольших придорожных ларьках продают мед. В других районах страны мы такого не видели, и если хочется меду, а Танька очень любит мед, то надо брать здесь.
На одном из горных перевалов Парани указал нам на деревню. Говорит, здесь родился наш президент и все люди из его команды. Видимо, здесь живут очень умные люди. Да, говорю, такое бывает не только на Мадагаскаре. В России тоже президент со всем окружением из одной деревни.
В Фианаранциа мы приехали днем. Город большой, построен англичанами. Сейчас его население подходит к миллиону. Многоэтажных домов мало, и город растянулся на многие километры. Парани высадил нас на обед и назначил встречу через час. Отведав еще раз зебу, мы пришли на означенное место и стали ждать. Увы, Парани потерялся. Лишь с трудом удалось его найти на ж.д. вокзале. Оказывается, он нас ждал там, у отеля Chez Papillon, в котором нам сегодня предстоит провести ночь. (цена номера 70 000 MGF) Пока я его искал, потерялась Таня. Она осталась ждать на прежнем месте, когда я отправился на поиски. Позвонил ей, чтобы она шла к вокзалу, но дороги она не нашла. Пришлось ее искать. Сначала перезванивались. Слышно плохо - не понять. Неожиданно вмешался абориген.
- Ты ищешь белую леди?
- Да
- Так она 10 минут назад шла по этой улице.
Вот это страна - на весь город одна белая леди.
Вечером на закате Парани еще успел нас свозить на небольшую экскурсию по городу, в том числе в верхний город, расположенный много выше нынешнего центра. Это интересный старый квартал со старинными церквями, сохранившимися со времен англичан. Они в 18 - начале 19 века контролировали Мадагаскар, поскольку он был на стратегическом морском пути в Индию в обход Африки. Потом, когда был прорыт Суэцкий канал, Мадагаскар утратил свое стратегическое значение, и пришли французы, а начинали строить город вообще норвежцы.
Со смотровой площадки отличный вид на город. Немалую часть центра занимает университет. Оказывается, самая популярная среди абитуриентов профессия на Мадагаскаре - программист. Где они только работают? Что-то я особенно компьютеров не видел.
Утром следующего дня в 7 часов мы на поезде уехали на побережье. Здесь в рабочем состоянии сохранилась последняя на острове железная дорога. По ней 4 раза в неделю ходит пассажирский поезд. Рельеф местности здесь столь сложный, а болота столь мокрые, что проложить автодорогу нормального качества до сих пор не удалось. Общая длинна дороги 170 км. С высоты более 2 километров она спускается до уровня моря. 50 туннелей, в том числе один трехкилометровый, множество мостов. Все это было недавно реконструировано, и теперь поезда ходят регулярно. В 2004 году появилось сообщение, что ливень небывалой силы стал причиной селевых потоков, уничтоживших дорогу, но при нас все работало отлично.
Вагоны делятся на первый и второй классы. Первый чуть дороже, народу в нем чуть меньше, все более покрашено и почищено. Мы поехали именно в нем. Вагон швейцарского производства, фирмы De Wagons & D'Ascenseurs Schlieren-Zurich.
Сначала я думал, что он полностью предназначен для туристов, но оказалось, что, кроме нас, ехала одна парочка французов, а все остальные места заняты местным населением - теми, кто побогаче или едут с маленькими детьми. Оставшиеся вагоны очень набиты, и первый класс, конечно, комфортней.
Вместо положенных по расписанию 7 часов поезд отправился в 9. Вначале дорога идет по плоскогорью. Первые остановки расположены вблизи Фианаранциа, но вскоре начинаются дикие края. На этих полустанках, кроме железной дороги, нет больше никаких путей во внешний мир. Погода выдалась дождливой и туманной. Через два часа поезд проехал длиннющий туннель. Света в вагонах нет, и ехать приходится в полной темноте. Сразу после перевала выглянуло солнце. Природа изменилась. Теперь вокруг растут бананы, древовидные папоротники и прочие тропические растения. Вскоре поезд надолго встал на небольшом полустанке Andrambovatо. Местное население подбежало к поезду с пирожками, бананами. На следующих станциях прибавились вареные раки.
По мере продвижения к морю горы постепенно отошли в сторону, деревни стали все более многолюдными, станции более солидными, а дорога пошла по берегам реки Faraony, периодически ее пересекая. На одном из полустанков разминулись со встречным поездом.
Последние километры идут по равнине, засаженной финиковой пальмой.
В Манакару (Manakara) приехали только в шесть вечера. Это небольшой курортный городок. Побережье застроено небольшими отелями с бунгало. Город распложен на косе. С одной стороны море, с другой - пресноводный канал. В первом акулы, во втором крокодилы. В общем, каждый может себе выбрать место для купания, но туристам настоятельно предлагают бассейн при отеле. Вот тебе и морской курорт.
По описанию в путеводителе мы выбрали Hotel Parthenay Club. Как пройти от вокзала, было непонятно, и пришлось нанимать пус-пуса. Из набежавшей толпы мы выбрали мужика, который понимал несколько слов по-английски. Просил 5000, но я сторговал до 3000. Нас предупреждали, что надо торговаться и не уступать, не подрывать рынок. На пус-пусов и так управы нет, если их разбаловать - всем будет плохо. Дорога оказалась длинной - километров пять, местами в гору. Бедный мужик пыхтел как самовар. У жалостливой Тани просто слезы проступили. За 50 центов так стараться! Уговорила меня дать ему пятерку. Мужик сходу предложил забрать нас завтра в 6 утра на обратный поезд. Мы согласились, а зря. Утром он сказал, что спал тут на повозке всю ночь, и за это с нас полагается десятка. Вот так, действительно нельзя баловать. Чувство жалости к пус-пусам покинуло Таньку до конца поездки.
Вечером мы долго гуляли. Город оказался достаточно большим, и на его обход потребовалось часа два. На морском побережье высажена тенистая аллея. Отличный песчаный пляж, вода теплая, но купаться мы не отважились. В этом месте острова практически нет рифа. Глубина начинается прямо от берега. В результате морские волны обрушиваются прямо на пляж, а акулы могут подобраться к самому берегу. Вероятность, конечно, очень мала, но все же проверять как-то боязно.
Вечером в ресторане я заказал лангуста. Это такой большой морской рак. Его мне принесли на огромном блюде. Потом еще долго пришлось ломать его твердый панцирь, доставая кусочки мяса. Вечер выдался на редкость приятный. Наконец отогрелись. В отличие от высокогорного плато, здесь, у моря, настоящие тропики и всегда тепло, даже зимой. Ночевали в прибрежном бунгало. Уютно, теплая вода есть. Как в любых тропиках, внутри полно всякой живности.
Утром у нас обратный поезд в Фианаранциа. Отправление в 6-45. Пришлось рано вставать. Солнце едва поднялось над морем, и утренний туман не успел рассеяться. Не успев как следует позавтракать, мы сели в вагон голодными. Ехать так до вечера было бы тоскливо, и мы решились отведать местной народной пищи. Попробовали всех пирожков, бананов, раков. Вкусно, и главное, как выяснилось впоследствии, безвредно.
Несмотря на то, что поезд шел в гору, обратный путь проехали быстрее и уже около двух часов дня были в Фианаранциа.
Прямо на вокзале нас встретил Парани.
Тут же, на привокзальной площади, приезжим показывают хамелеонов. На дереве, напоминающем мимозу, сидело несколько крупных особей. На Мадагаскаре их очень много. Даже на дорогах валяются раздавленные колесами хамелеоны, но на дереве увидеть их непросто. Маскируются отлично. Надо долго стоять и смотреть на ветки, думать, что откуда и куда растет. Рано или поздно найдется сучок без листьев непонятного происхождения. Это и есть хамелеон. С дерева его можно снять палкой. Сначала потревожить, а потом поставить ее у него перед носом. Не торопясь, он на нее заберется. Теперь палку можно опустить - и зверь пойман. Самые крупные особи достигают длины 60 см. Брать их в руки надо осторожно. Их челюсти достаточно сильные. Тридцатисантиметровый меня довольно сильно укусил, так что пальцы в пасть лучше не совать.
Вопреки распространенному мнению, хамелеоны не меняют цвет мгновенно. Если его взять с зеленой ветки на руки, он не станет розовым. Как я понял, должно пройти немало времени, прежде чем хамелеон примет окраску куста, на котором сидит, более того - цвет меняется в небольшом диапазоне, соответствующем обычной окраске растений, и добиться ярких цветов не удастся.
Хамелеоны на привокзальной площади ручные. Их подкармливают специально для туристов, поэтому они разных видов и огромных размеров. В природе их тоже много, но такие красавцы попадаются редко. За просмотр предлагается принести кузнечиков с рынка, заплатить хамелеоноводу, да и чаевые дать. 10000 франков сняли все претензии.
Восточный берег Мадагаскара порос тропическим дождевым лесом. Это одни из самых интересных джунглей на земле. Человек оказался слабее, все попытки освоить эти края провалились, и большая часть зарослей не тронута. Огромная территория выделена в национальный парк Раномафана (Ranomafana). Большая часть предназначена для специалистов, и туристам туда ходить не положено. В оставшуюся часть обязателен гид. Это общая напасть на Мадагаскаре. В одиночестве здесь остаться трудно. Заборов, конечно, нет, и самостоятельно пробраться можно, но аборигенов по парку шатается множество. Все они занимают какое-то место в феодальном клане, который контролирует эту территорию, и живут на деньги от туристов и западные гранты. Неоплаченный турист им не понравится.
Для проживания туристов в центре парка выстроен небольшой поселок Раномафана. В нем есть бунгало и прочие варианты ночевки. Тут же множество ресторанчиков. Подъехали мы уже на закате. Небо расчистилось от послеобеденного ливня. Рваные остатки облаков плыли по розовому вечернему небу, очерченному зубцами скалистых гор. Туман вставал из ущелий. Мы сидели в открытом ресторанчике и ели мясо зебу, запивая вкусным местным вином. Финаратсуа - центр местного виноделия. Бутылка стоит от 10 до 25 тысяч франков. Южная ночь наступает быстро. Луны не было, и по поселку пошли гулять уже в полной темноте. Электрического освещения нет, несмотря на то, что рядом швейцарцы недавно построили новую ГЭС. Ну и не надо. Когда над головой такое черное звездное южное небо, лампочки неуместны.
Утром пошли на долгую экскурсию в лес. Главная достопримечательность - бамбуковые лемуры. Сообразно названию питаются они бамбуком. Листья бамбука содержат цианиды, смертельные для большинства млекопитающих, но только не для лемура. Для него это - самый лучший витамин. Он без этой отравы просто не может. Если в течение часа он не погрызет листиков с цианистым содержимым, то просто умрет, поэтому лемур непрерывно сидит на ветках и лапами заправляет свежие листья в рот. Даже спят они раз в час, в перерывах между едой. Поел - можно и поспать, поспал - можно и поесть. Большую часть времени бамбуковые лемуры весьма неподвижны, что свойственно тропическим травоядным. Медленный обмен необходим для переваривания ядовитых листьев, а неядовитых в джунглях не встретить, все уже давно съедено. Прыгают они, правда, далеко и ловко, но нечасто.
Бамбуковых лемуров существует несколько видов, они едят разные сорта бамбука и не замечают существования друг друга. Лемуры одного вида живут небольшими стаями и враждуют с соседями.
Кроме лемуров, в Раманафане наблюдают птиц. Здесь живет множество эндемиков, и в результате большинство посетителей парка бердватчеры. Много ящериц, в частности Phelsuma. Почему-то она так знаменита, что даже есть специальный русскоязычный сайт, посвященный ей http://www.phelsuma.narod.ru/ .
Живности в тропическом лесу всегда много, в том числе и насекомых. Как известно, самый страшный зверь на земле - комар. Количество жертв хищников по всему миру за год не превышает нескольких сотен человек. От комаров ежегодно гибнут миллионы. Малярия и прочие многочисленные лихорадки, особенно без лечения, часто смертельны. На Мадагаскаре желтой лихорадки и лихорадки Денге нет. От малярии надо есть таблетки. В последнее время появился Лориам, который помогает от всех видов малярии, причем надо для профилактики есть всего одну таблетку в неделю, начав за 2 недели до появления в тропиках, и кончив через месяц. Помогает действительно здорово. В одном малярийном амазонском лесу меня за ночь укусили не меньше тысячи комаров. Я считал плотность укусов на квадратный сантиметр кожи. Так вот, лариам спас - все обошлось. Стоит он только очень дорого. Кроме комаров, на Мадагаскаре водятся пиявки. Заразу они не переносят, но если ее оторвать так, что при этом в теле останется и загниет ее кусок, то это место придется долго лечить. На ноге может вскочить огромный гнойник. Главная кусачая мадагаскарская пиявка не больше комара, но ползают они всюду в огромном количестве, даже на автобусных остановках. Нас, правда, ни одна не укусила, или, во всяком случае, мы этого не заметили. Говорят, что вытаскивать их надо с помощью зажигалки - поджечь ее, чтобы пиявке стало некомфортно. Она решит, что жизнь дороже, и решит смотать. Тут ее можно в зависимости от любви к животным либо раздавить, либо пустить гулять в соседний лес. Главное - не перестараться и не зажарить ее живьем раньше, чем она выполнит команду "фу". За ссадинами и порезами тоже стоит следить внимательней, чем дома. На незнакомого микроба иммунная система реагирует медленней, и вероятность всяких гнойников растет, так что полезно все мазать йодом. Еще в тропиках не стоит сидеть на гнилых бревнах и пнях. Это, пожалуй, и все. В целом тропический лес не опасней нашего российского. Ведь в нем тоже водится энцефалитный клещ, а энцефалит неизлечим, часто смертелен, прививок эффективных нет. Медведь страшнее льва, и, в отличие от Мадагаскара, есть хоть и слабо, но ядовитая гадюка. Крапива и борщевик обжигают кожу. Живем же мы как-то после этих ожогов!
В национальном парке Раманофана сквозь лес проложено множество тропинок, что, конечно, нарушает первозданную картину, зато позволяет быстро передвигаться. Одна из дальних тропинок ведет к красивейшему водопаду.
На территории парка по-прежнему живет деревенское население. Их пытаются выселить, ограничить хозяйственную деятельность, но они остаются в своих родных хижинах. За проход по землям их огородов принято немного платить.
В поймах рек, где высокий тропический лес отступает, можно встретить рощицу кофе, то там, то здесь торчат колючие макушки ананасов.
Для простоты перемещений туристов завозят в горы, так, чтобы потом по мере прогулки и осмотра красот они спускались вниз. Тропы сходятся у поселка Раномафана, где заброшенной стоит загородная вилла Диде Рацираки. С момента бегства президента в ней никто не появлялся. Вот пример, что даже в очень бедной стране можно осознавать важность частной собственности и не разграбить пустующий дом, даже если он принадлежит свергнутому и изгнанному президенту.
Рядом с виллой горячий источник и бассейн. Он, кстати, и дал названию парка. Раномафана переводится как горячая вода. За 5000 франков можно купаться сколько хочется. Есть переодевалка и душ. Вода слегка минерализованная, температура градусов 30.
Пообедав в одном из туристических ресторанчиков, поехали дальше на юг страны. Дорога до Финаратсуа очень плохая, и несмотря на небольшое расстояние, занимает несколько часов. День уже подходил к концу, и далеко уехать не удалось. На ночь остановились в дорогой туристической гостинице в городе Амбалавао (Ambalavao). Двухместный номер стоит 110 000 франков. Несмотря на то, что до Раманофаны всего 100 км, климат здесь совершенно другой. Дожди редки, вместо джунглей - степь с кактусами и пахиподиумами. Ночи очень холодные.
Отель совмещен с музеем-заводом по кустарному производству бумаги. В программу входит его посещение. Билет стоит копейки, но вся идея в том, что создаются все условия, чтобы попавшийся турист не смог бы отказаться купить разукрашенный кусочек бумаги за несколько десятков тысяч франков.
На Мадагаскаре достаточно реальной экзотики, и эта интуристовская мне не понравилась. Куда больше понравился забор, по верху которого вместо колючей проволоки из бетона торчат острые края битых бутылок. Такие встречаются на Мадагаскаре часто. Народ здесь в массе ходит босиком, и, видимо, такая ограда для него труднопроходима.
В 40 км на юго-запад от Амбалавао находится небольшой частный национальный парк Anja. Входной билет 25000 франков. Как сочетаются слова "частный" и "национальный" в юридическом смысле - непонятно, но на практике все очень здорово. На участке в несколько гектар в нетронутом лесу живут несколько сотен кольцехвостых лемуров (по-английски ring-tailed, по латыни Lemur catta). В отличие от бамбуковых, они едят все, что попало, бегают по земле, попрошайничают. Особенно хорошо едят бананы. Привыкнув, что гиды перед входом выдают туристам бананы, лемуры немедленно их окружают, и пока последний банан не переместится в их ненасытный желудок, в лес не уйдут. Прыгают на плечо, ведут себя нахально.
Кормить их одно удовольствие. Мягкий и теплый зверек прижимается к твоей щеке, в своих почти человеческих ручонках держит банан, чавкает. Его пышный полосатый хвост болтается где-то рядом. Так и хочется дернуть. Лемур этого не любит, как не любит и попыток его погладить. Шипит, кусается. Пасть у него огромная, зубы острые, но, к счастью, все это заточено на поедание мягких фруктов, и если он укусит, то не сильно - в худшем случае прокусит кожу.
К туристам бросаются только самцы. Самки более пугливые. Ранним утром в первых лучах солнца они пытаются отогреться после холодной зимней ночи. Сидя, самочки подставляют свое мягкое белое брюхо солнцу, раскинув лапки в сторону. Ну, совсем как последняя красавица на пляже. Самцы ходят рядом. Выгнутый вперед виляющий хвост означает ухаживание. Самки, впрочем, загорают и не обращают на самцов никакого внимания. Подойти к загорающей самочке близко трудно. Она очень насторожена и сразу, завидев человека, становится на четыре лапы.
Лемуры тоже живут стаями по 10-20 особей, забираются на одно дерево и висят, как елочные игрушки. Про лемуров в Интернете есть много страниц, например http://www.gozen.demon.co.uk/godric/godric.html, http://www.lemurs.us/madagascar.html. На первой можно послушать, как они кричат.
Директор и хозяин парка - местный житель, добившийся выделения этих земель под парк. Он же его и охраняет от местных жителей. Вначале просто стрелял на поражение. Теперь все уважают его предприятие, а раньше лемуров ели. С одной стороны, лемур по местным традициям священен. Есть его нельзя, т.к. он перевоплощение умерших предков, но с другой стороны, если ему отрезать лапки, делающие его похожим на человека, то табу теряет силу. Так, поотрубав руки, на Мадагаскаре съели почти всех лемуров, и теперь те, кто остался, живут в основном на охраняемых территориях.
Парк Anja отсутствует в путеводителе Lonely Planet по причине своей молодости, но посетить его обязательно надо, это одно из самых лучших мест на Мадгаскаре.
Дальше на запад климат становится все суше и суше. Появляется множество кактусов. Большинство из них привезены из других стран. В 19 веке на Мадагаскаре случилась экологическая катастрофа, когда опунция заполонила все поля страны. С помощью специальной мухи, личики которой уничтожают кактус, проблему удалось решить, но последствия ощущаются до сих пор.
Кактусы на Мадагаскаре вырастают огромных размеров, в городах из них сажают аллеи, используют в качестве изгороди. Самый кактусовый город - Ихоси (Ihosy), в котором мы сделали остановку на обед.
Дальше асфальт на главной дороге страны кончается, и она превращается в пыльную грунтовку посреди степи.
На ночевку встали в небольшом поселке Ранохира (Ranohira). Расположен он рядом с национальным парком Исало (Isalo). Это одно из самых туристических мест Мадагаскара. Живописные скалистые горы, диковинная растительность, сухой и теплый климат делают этот парк обязательным элементом любой туристической программы. Среди скал даже построен отель на четыре звезды Le Relais de la Reine (mda@bow.dts.mg), с бассейнами, дорожками для прогулок и прочей инфраструктурой. Цена двухместного номера около 100 US$. Место отличное, но мы ограничились осмотром этого прекрасного места, а сами остановились за 100 000 франков в другом отеле. Все тоже весьма прилично. Мне в первую очередь от отеля нужна была розетка, чтобы зарядить всевозможные приборы. Розетка в номере была, я об этом специально спросил. Вот только забыл спросить, есть ли в ней электричество. На Мадагаскаре это совсем не лишний вопрос. Розетка на номер в лучшем случае одна, электричество экономят. На ночь свет выключают, особенно если отель питается от собственного дизель-генератора.
Пришлось мне разобрать настенный светильник и добывать из него столь нужное электричество.
На многих рекламных щитах Мадагаскара нарисована дырка в скале, через которую положено наблюдать закат. Находится она как раз в этих краях. Надо проехать 20 км южнее и свернуть по грунтовой дороге направо. Одинокие пальмы, высокая трава, выветренные скальные останцы скорее напоминают континентальную Африку. Кажется, сейчас над кустами проплывут полосатые шеи жирафов, а под кустом зашевелится львиная грива, но этого здесь нет. На Мадагаскаре вообще нет крупных хищников, больших млекопитающих, ядовитых змей. Всюду можно гулять без малейшей опасности. Разрекламированная дырка в скале не представляет из себя ничего уникального. Таких на земле тысячи, если не миллионы, но место приятое, особенно если отойти от дороги и не видеть несколько автобусов с туристами, ждущих обещанного заката в положенной точке.
Национальный парк Исало большой, дорог в нем нет. Для туристов предусмотрены тропы. Территорию контролируют представители одной французской семьи. Это нечто среднее между заповедником, феодальным владением и территорией, контролируемой моджахедами. За право прохода надо платить деньги и соблюдать местные феодальные правила.
Положен гид, носильщик и повар. От последнего можно отказаться, а вот два человека обязательны. Большинство туристов ходят в двухдневный поход с одной ночевкой. Каждый гид имеет своего носильщика. Каждый день на положенное место носильщик тащит ватные одеяла для себя и гида, котлы и продовольствие. На следующий день все несется назад. Каждый день десятки носильщиков таскают грузы туда-сюда. Люди на Мадагаскаре столь неорганизованны, взаимное доверие друг к другу столь низко, что додуматься все это хранить на территории кемпинга не получается.
Заплатить гиду и пойти самостоятельно без него не удается. Почему? Да в этом случае все деньги останутся у того, кто продает билеты. Оставшиеся будут без работы и умрут с голоду, предварительно ограбив кассира. Деревня вымрет, некому будет охранять вход, и вскоре сбор денег станет невозможен, т.к. все пойдут гулять без билетов. А так куча бесполезного труда, все при деле, и не меньше полумиллиона с группы. Цена складывается из оплаты за проход по парку - 2 человека на 2 дня по 50 000, гида - 2 дня по 60 000, портера - 2 дня по 30 000, платы за кемпинг - 25 000, пропитания - 25000 на человека в день, в т.ч. на гида и портера получается 200 000, чаевые - 25 000. В результате прогулка на двоих - 530 000 франков.
Мы очень не любим гидов, но приходится соглашаться. Гид даже английский знает. Числится в передовиках производства. Парани старается найти для нас лучших людей, чтобы мы потом хорошо рассказывали о Мадагаскаре и способствовали российско-мадагаскарскому туризму. Обидно, что нам это не нужно, мы просто хотим свободно погулять.
Тропа началась с отвесного ущелья, по дну которого проложена дорожка. Кончается оно ванной, в которой, по легенде, купался король Мадагаскара. В тенистом лесу, прилегающем к ущелью, обитает еще один вид лемуров. Дальше дорога идет вверх, набирая 400 метров. Растительность здесь скудная, но очень экзотическая. Тут растет пахиподиум росулатум (Pachypodium Rosulatum). Это просто потрясающее растение. Именно ради него мы согласились терпеть возле себя гида, благо во всем мире оно растет только на одной горе. Местные называют его мини-баобабом, или баобабом бансай. Конечно, биологически это совсем не родственник баобаба. Само слово пахиподиум - от латинского "толстая нога". Это суккулент, собирающий воду в огромном шаре, от которого рогами в разные стороны тянутся ветки с листьями. Зимой они опадают, и мы увидели пахиподиум без листьев, но зато в цвету. На длинных тонких цветоносах качаются желтые колокольчики. Растение удивляет своей внеземной формой. На его основе вполне можно снимать фильм про доброго инопланетянина. Растет этот цветок, а может кактус, до 300 лет. К старости шар достигает диаметра в 50 сантиметров. Пахиподиумы насчитывают несколько видов, но росулатум - самый смешной. На соседних горах растет еще один вариант, называемый в народе слоновьей ногой. Есть высокие и колючие, один из видов распространен в российских цветочных магазинах и уже много лет красуется на нашем подоконнике.
Чудо-цветок запал в душу. Мы его теперь вспоминаем наряду с птицей киви. Более того, один маленький пахиподиум мы привезли в Питер. Он прижился, и теперь стал любимым цветком моей мамы. Она его растит, считает листики, меряет линеечкой. За год в объеме он удвоился.
Кроме пахиподиумов растет множество алоэ, кустов терновника, каланхоэ. Горы, сильно изъеденные ветровой эрозией, создают великолепные пейзажи. Множество видов птиц подлетает совсем близко, не боясь человека. Водится тут и знаменитая sun bird, солнечная птица, занимающая в западноевропейском общественном сознании место нашей синей, только, в отличие от последней, на самом деле встречается в природе. Мы ее видели, и теперь остается надеяться, что удача нас не покинет.
По земле бегают ящерицы и хамелеоны. Одного хамелеона удалось поймать и сфотографировать. Пока я его держал за хвост, он был неподвижен, а когда отпустил, то его изображение на фотографии с выдержкой 1/2000 смазалось. А говорят еще, что хамелеон медлителен.